По шагу в день…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи По шагу в день…

Многое становится неактуальным, когда ты возвращаешься к своей простой жизни, данной тебе Природой в момент рождения.

Люди, мнения которых когда-то значили для тебя что-то, желание поделиться с ними насущным, необходимым каждому… все это потихоньку исчезает, утрачивает свою весомость…

Все, что не проходит проверку временем, неважно… оно только тратит твои небесконечные ресурсы, которые могли бы быть направлены на действительное.

Действительное в рамках этих размышлений нетленно, с тобой при любых обстоятельствах. Оно стоит тебя и всего, что дано тебе.

Мы все путники на пути к Истине. У кого-то дорога усеяна ухабами. у кого-то гладкая и ровная, кому-то не везет с обувью, а у кого-то даже транспорт имеется… разные условия… но цель одна… На этом пути нет поражений.

Попутчики могут вам помогать, а могут отводить и запутывать, сами теряясь… Поэтому важно самому разобраться, протереть глаза, снять шоры, прояснить голову, чтобы увидеть дорожные знаки и идти по ним. Если ты идешь в правильном направлении, то попутный ветер поможет тебе, а дорога станет местом встречи с ценностями. Ты никогда не будешь один. Даже на необитаемом острове…

Если вы хотите чего-то взамен — не называйте это любовью…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Если вы хотите чего-то взамен — не называйте это любовью…

Учитесь отличать важное и второстепенное. Высшее образование — не показатель ума, красивые слова — не показатель любви, красивая внешность — не показатель красивого человека. Учитесь ценить свою и чужую Суть, действовать поступками, делая выводы через проявления, а не выводы и предположения ума. 

Корректность — это не хорошо или плохо, это состояние проявления терпимости и гибкости в любых взаимоотношениях, но не способ прогибаться под все и всех, а возможность проявлять себя своим индивидуальным способом никого при этом не задевая. 

Избавьтесь от званий и титулов, от руководителей и иерархических структур, дайте себе и людям свободу делать и творить то, что каждый считает корректным и необходимым на данный момент, но только с двумя условиями — чтобы им это нравилось и обязательно с возможность нести за это ответственность — результаты вас поразят. 

Вы не имеете права требовать, чтобы вас любил тот, кого вы любите сами. Никто не обязан разделять ваши чувства и отвечать на них. Если чувства совпадают и это взаимно — это великое и редкое счастье, если они не совпадают — это обычное явление, не заслуживайте любовь, потому что это будет лишь манипуляция, оборачивающаяся в итоге против вас. 

В этом мире нам всем нужны близкие люди — это те, которые любят, но не вмешиваются, которые любят, но не ставят условий, которые любят, но оставляют вас совершенно независимым. Но такие ли вы сейчас сами? Ведь подобное притягивает соответствующее, кто малым не доволен — тот большего недостоин. 

Если вы хотите чего-то взамен — не называйте это любовью… 

Николай Булгаков

Достойный пример заразителен

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Достойный пример заразителен

«И в Мюльхаузене я вначале также не относился к числу хороших учеников. Я все еще был слишком мечтателен. Мои плохие отметки доставляли родителям много огорчений, но я не находил в себе сил добиться лучших результатов. Меня могли лишить бесплатного места, предоставленного мне как сыну пастора. Моего отца пригласили к директору, который намекнул ему, что, пожалуй, лучше всего было бы забрать меня из гимназии. А я, со своей мечтательностью, не отдавал себе отчета в том, сколько хлопот ему доставляю. Меня удивляло только, что он меня совсем не бранит. Но он был слишком добр и слишком огорчен, чтобы сердиться.

Вот тут-то и появился мой спаситель в образе нового учителя. Его звали доктор Вееман. С первых же дней даже мне с моей рассеянностью стало ясно: этот учитель тщательно готовился к каждому занятию. Он всегда знал, какой материал хочет изложить на уроке, и точно укладывался в отведенное время. И тетради с нашими работами он всегда пунктуально возвращал в назначенный день к нужному часу. Эта сообща поддерживаемая самодисциплина повлияла на меня. Мне было бы стыдно вызвать недовольство этого учителя. Он стал образцом для меня.

Спустя три месяца, когда выставлялись четвертные оценки на Пасху, я уже вошел в число лучших учеников, тогда как в рождественском табеле еще был так плох, что моя матушка все рождественские каникулы проходила с заплаканными глазами. Когда г-н Вееман позже перешел из Мюльхаузена в Танн, а потом в Зааргемюнд и Страсбург, я все еще навещал его. Он знал, сколь многим я ему обязан. Вернувшись из Африки в конце войны, в числе первых я собирался посетить его. Но я его больше не встретил. Заболев нервной болезнью от голода, он, как мне рассказали, покончил с собой. Благодаря ему я понял ту истину, которую стремился реализовать в своей воспитательной деятельности: глубокое и до мелочей доходящее сознание долга — это огромная воспитующая сила, позволяющая достичь того, что не могут сделать никакие поучения или наказания«.
Альберт Швейцер

Защити и благослови всякое дыхание

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Защити и благослови всякое дыхание

Оглядываясь на прошлое, я могу сказать, что всегда страдал при виде тех бедствий, которые наблюдал в мире. Непринужденной детской радости жизни я, собственно, никогда не знал и думаю, что у многих детей дело обстоит так же, хотя бы внешне они и казались веселыми и беззаботными.

Особенно же удручало меня то, что так много боли и страдания приходится выносить бедным животным. Вид старого хромого коня, которого один крестьянин тащил за собой, тогда как другой подгонял его палкой — коня гнали на бойню в Кольмар, — преследовал меня неделями.

Я не мог понять — это было еще до того, как я пошел в школу, — почему я в своей вечерней молитве должен упоминать только людей. Поэтому, когда матушка, помолившись вместе со мной и поцеловав меня на сон грядущий, уходила, я тайно произносил еще одну, придуманную мной самим молитву обо всех живых существах. Вот она: «Отец Небесный, защити и благослови всякое дыхание, сохрани его от зла и позволь ему спокойно спать!»

Глубокое впечатление произвел на меня случай, происшедший, когда мне было семь или восемь лет. Генрих Бреш и я смастерили рогатки из резиновых шнуров, из них можно было стрелять маленькими камешками. Была ранняя весна, стоял великий пост. Как-то воскресным утром он предложил мне: «Давай, пойдем на Ребберг, постреляем птичек». Это предложение ужаснуло меня, но я не осмелился возразить из страха, что он меня высмеет. Так мы оказались с ним возле еще обнаженного дерева, на ветвях которого бесстрашно и весело распевали птицы, приветствуя утро. Пригнувшись, как индеец на охоте, мой спутник вложил гальку в кожанку своей рогатки и натянул ее. Повинуясь его настойчивому взгляду и мучаясь страшными угрызениями совести, я сделал то же самое, твердо обещая себе промахнуться. В этот миг сквозь солнечный свет и пение птиц до нас донесся звон церковных колоколов. Это был благовест, звонили за полчаса до главного боя. Для меня он прозвучал гласом небесным. Я отшвырнул рогатку, вспугнул птиц, чтобы спасти их от рогатки моего спутника, и побежал домой. С тех пор всякий раз, когда я слышу сквозь солнечный свет и весенние голые деревья звук колоколов великого поста, я взволнованно и благодарно вспоминаю, как во мне тогда зазвучала заповедь: «Не убий».

С того дня я научился освобождаться от страха перед людьми. В том, что затрагивало мои глубочайшие убеждения, я теперь меньше считался с мнением других, и меня уже не так смущали насмешки товарищей.

Тот путь, каким вошла в мое сердце заповедь, запрещающая нам убивать и мучить, стал величайшим переживанием моих детских лет и моей юности. Все остальное рядом с ним поблекло.

Когда я еще не ходил в школу, у нас был рыжий пес по кличке Филакс. Как и многие другие собаки, он терпеть не мог униформы и всегда бросался на почтальона. Поэтому мне было поручено при появлении почтальона удерживать Филакса, который кусался и однажды уже нападал на жандарма. Прутом я гнал его в угол двора и не выпускал оттуда, пока почтальон не уходил. До чего же гордое ощущение — укротителем зверей стоять перед рычащим и клацающим зубами псом, удерживая его ударами, когда он хочет вырваться на свободу! Но чувство гордости проходило. Когда мы потом друзьями сидели рядом, я винил себя за то, что бил его. Я знал, что мог бы удержать его в отдалении от почтальона иначе: взяв за ошейник и поглаживая. Но вот опять наступала роковая минута, и я вновь поддавался пьянящему чувству, воображая себя укротителем зверей…

На каникулах сосед доверил мне править его повозкой. Его гнедой был уже почтенного возраста и страдал одышкой. Он не мог долго бежать рысью, но, охваченный азартом бесстрашного возницы, я кнутом заставлял его ускорить бег, хотя понимал и чувствовал, что он уже устал. Мне кружила голову гордость: я правлю несущимся рысью конем. Хозяин не возражал, «чтобы не испортить мне удовольствия». Но что осталось от этого удовольствия, когда мы вернулись домой и, распрягая лошадь, я заметил то, что не видно было из повозки, — как ходуном ходят ее бока! И что пользы в том, что я смотрел в ее усталые глаза и молча молил о прощении?

Однажды — я тогда уже учился в гимназии и на рождественские каникулы приехал домой — я сидел на месте кучера в санях. Из дома соседа Лешера с лаем выскочил навстречу лошади его злой пес. Я посчитал, что имею право угостить его хорошим ударом кнута, хотя он явно бросился к саням, просто играя. Увы, я прицелился слишком хорошо и попал ему по глазам. Взвыв от боли, псина завертелась в снегу. Его жалобный вой еще долго преследовал меня. Я не мог избавиться от него неделями.

В другой раз я удил рыбу с приятелем. И ужас, охвативший меня при виде мучений проколотых крючком червяков и пойманных рыбок, которым рвали рты, освобождая их от крючка, отвратил меня от рыбной ловли. Я даже нашел в себе мужество удерживать от ужения других.

Из таких хватающих за сердце и часто постыдных переживаний у меня постепенно сложилось непоколебимое убеждение, что мы можем нести смерть и страдание другому существу только тогда, когда у нас нет иного выхода, и что мы должны испытывать ужас, заставляя страдать и убивая по неразумию. Это убеждение овладевало мною сильнее и сильнее. Я все больше убеждался в том, что мы все, в сущности, так и думаем, но только не осмеливаемся в этом признаться, боясь насмешек над нашей «сентиментальностью» и потому заглушая свой внутренний голос. И я поклялся, что никогда не позволю себе стать бесчувственным и никогда не убоюсь упрека в сентиментальности.
Альберт Швейцер

Уязвимость…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Уязвимость…

Жить прозрачно… никого не сомневать… ни в ком не разочаровываться… быть готовым к правде, жить с нею… не отводить глаз, не закрывать…

„Самая человечная вещь, которую мы должны совершить в своей жизни, – это научиться высказывать наши искренние убеждения и чувства и переживать последствия этой откровенности. Это основное требование Любви, и это делает нас уязвимыми перед людьми, которые могут высмеять нас. Но эта уязвимость – единственная настоящая ценность, которую мы способны предложить людям.“
Уильям Дю Бэй

Время быть собою…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Время быть собою…

Будда описывал три вида лени. Первый — та лень, о которой мы все знаем. Когда у нас нет желания что-либо делать, когда мы позволяем себе оставаться в постели подольше, вместо того, чтобы вставать и заниматься практикой. Вторая это лень неправильного ощущения самого себя — лень мышления. «Я не могу ничего сделать. Другие люди медитируют, другие занимаются практикой, могут быть осознанными и добрыми, щедрыми, но не я, потому что я слишком глуп. Или наоброт: «Я — очень сердитый человек», «Я — никогда ничего не сделаю в жизни», «У меня ничего не получается, не стоит и пробовать». Это — лень.

Третий вид лени — постоянная занятость мирскими делами. У нас всегда есть возможность заполнить вакуум нашего времени, поддерживая свою занятость. Причем все эти занятия могут вообще считаться добродетелью. Но, обычно, это просто способ избежать встречи с самим собой. Когда я вышла из пещеры, некоторые люди спрашивали меня:»А не было ли это избеганием?». Я отвечала:»Избеганием чего?» Там, где я была, не было ни газет, ни радио, ни телевидения. Не с кем было поговорить. Если бы что-то случилось, у меня не было даже телефона друга. Я осталась лицом к лицу с той, которой я была и с той, которой не была никогда. Бежать было не куда. От себя не убежишь.

Наша жизнь обычно настолько наполнена, а мы настолько заняты, что с трудом можем в ней найти хотя бы минутку для того, чтобы побыть теми, кто мы есть. Вот это и есть — избегание. У одной из моих теток постоянно включено радио или телевизор. Она не может находиться в тишине. Тишина ее тревожит. Фоновый шум сопровождает нас всю жизнь. Многие из нас точно такие. Мы боимся тишины — внешней тишины, внутренней тишины. Когда ничего не приходит в нас извне, мы начинаем создавать свой собственный внутренний шум — мнения и суждения, перепросмотр того, что произошло вчера или в детстве. Фантазируем, мечтаем, строим планы, грустим или боимся. Тишины нет. Наш шумный внешний мир является простым отражением шума внутреннего: нашей постоянной занятости, деланием чего-либо.

Недавно я беседовала с очень прекрасным австралийским монахом, который был настолько озабочен своей дхарма-деятельностью, что буквально превратился в работоголика. Он вставал около трех часов ночи. В конце концов просто свалился. Развалилась вся его система деятельности, он больше ничего не мог.

Его личность была связана только с деятельностью. С одной деятельностью. Его труд на благо Дхармы выглядел очень добродетельным. Все выглядело так, что он делал действительно хорошие вещи. Пользовался уважением многих людей, следовал наставлениям своего учителя, но теперь, когда он не был в состоянии что-либо сделать — кто он? Ибо ему пришлось пройти через жесточайший кризис — поскольку он отождествлял себя с тем, что может сделать и что может достичь. Сейчас он не в состоянии что-либо делать и полностью зависит от других людей. Поэтому я сказала ему: «Какая прекрасная и удивительная возможность! Сейчас, когда не надо что-то делать, можно просто быть.» Он ответил, что пытался придти к этому, но ничего не делать его просто пугало, пугала сама возможность быть тем, кто есть, а не тем, что делает.

И в этом ключевой момент. Мы сами наполняем свою жизнь деятельностью. И она действительно прекрасна, но следует быть очень осторожным, чтобы она не превратилась в избегание. Я не говорю о том, что не следует совершать хорошие и полезные вещи, а всего лишь о том, что там где есть вдох, должен быть и выдох. Нам необходима как деятельность, так и созерцание. Нам необходимо время чтобы побыть самими собой, когда наш ум спокоен.

из книги Тензин Палмо «В Сердце Жизни»

Чистота для сада цветов…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Чистота для сада цветов…

Жаль, что люди не понимают, какой важный и необходимый потенциал кроется в чистоте тела, мыслей, сознания…

Много разных семян заброшено в землю твоего сознания… но что именно будет прорастать зависит от качества почвы… если там много грязи и порочных удобрений (алкоголь, сигареты, наркотики, дурное), тогда прорастет худшее и чем дольше оно будет культивироваться, тем сильнее будут следующие поколения этого семейства… а потом они будут уже передаваться по наследству даже детям владельца этого сада…

Спасти такой сад практически невозможно… т.к. благая трава попросту не будет находить места для роста… А дурная трава будет требовать соответсвующего корма… в какой-то момент она поглотит все как тьма… И таким людям даже Господь не позволяет жить… они смываются туда, где такому саду самое место…

Сострадания Господа достойны те, кто пропалывают свой запущенный сад и стремятся растить цветы в нем… А просто упование на милость потому что ты такой слабый и малодушный бессмысленно… Нет такой милости… Господь не терпит порочность…

Любовь надмирна…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Любовь надмирна…

Любовь сокровенна… Она между двумя… Это очень ценный и великий дар. Прекрасна Она. И те, кто оказывается с Нею — в Ее свете становятся тоже прекрасны. Она обожествляет всех, кто рядом с Нею. И в этом океане искрящегося восторга, счастья, радости, умиротворения и близости с надмирным — ты словно в раю.

Когда люди возвышены, они понимают, Кто их посетил. Они становятся пронзительно обходительны с Нею. Они трепетны и очень внимательны. Они ловят каждое движение, каждое дуновение, каждое слово и каждое наитие…

Между двумя личностями завязываются совершенные отношения — очень трогательные, проницательные, порой даже без слов. Поэзия бытия двоих. Что-то вроде невероятно сыгранного в унисон всеми музыкантами джаза.

Когда предвосхищаешь желания другого, исполняешь и устраиваешь все безупречным образом. Когда готов быть для него всем, чем угодно. Но при этом остаешься собой. И другой увлечен таким же порывом…

Тогда творится песня сердца… Любовь обнимает и нежно воркует в сердце каждого. Она живет с ними.

Когда Любовь, тогда ничему дурному нет места…

Просто…

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи Просто…

Когда-то на этом блоге я каждый день писала даже самое незначительное осмысление, обрывок любой невероятной мысли, вспышки интеллектуального бдения… А теперь я словно плыву в океане такой плотности субстанциональной, что выделять что-то одно не представляется необходимым…

Наверное, придет время, когда я научусь приостанавливаться и замечать каждую минуту, осознавая и даже делая заметки… но пока это мне дается с большим трудом…

И Жизнь правда очень интенсивная, очень стремительная. А Знание фундаментально ясное, сияющее, захватывающее.

Кто бы мог подумать, что Господь и вправду услышит. Что у тебя-таки появится шанс узнать. Что познание возможно, и что оно не выдумано и это не сказки венского леса.

Когда уважаем Разум, когда почитаемо Сердце, когда возвышена Жизнь, когда достойно о Любви, когда с Ценностями на Вы, когда нет места насилию, а Бытие — это величие Красоты в каждом дне.

Спасибо

О Разуме, Жизни и Любви

Опубликовано Рубрики В реальном времениДобавить комментарий к записи О Разуме, Жизни и Любви

Истинная жизнь человека начинается только тогда, когда начинается отрицание блага животной личности.

Разум для человека тот закон, по которому совершается его жизнь. В себе мы знаем этот закон как то, что мы сами должны совершать.

Главный предмет познания — подчинение животной личности разуму для достижения блага жизни. На основании его изучать все остальные явления мира.

Истинное знание состоит в том, чтобы знать, что мы знаем то, что знаем, и не знаем того, чего не знаем, сказал Конфуций. Ложное же — в том, чтобы думать, что мы знаем то, чего не знаем, и не знаем того, что знаем; и нельзя дать более точного определения того ложного познания, которое царствует среди нас.

Жизнь есть стремление к благу, достигаемое подчинением закону разума.

Человек знает себя: 1) как разумное сознание, подчиняющее животное; 2) как животное, подчиненное разумному сознанию, и 3) как вещество, подчиненное животному.

Жизнь определяется только степенью подчинения животной личности разуму.

Жизнь человека только в движении в высоту. Человеку надо поверить в свои крылья и лететь туда, куда они влекут его.

Разумная жизнь есть. Она одна есть. Для нее нет времени. Истинная жизнь человеческая происходит вне пространства и времени.

Только отрекаясь от того, что погибнет и должно погибнуть, от нашей животной личности, мы получаем нашу истинную жизнь, которая не погибает и не может погибнуть.

Солнце приводит к жизни только тех, в ком зародилась уже жизнь.

То, что ты называешь своими наслаждениями, только тогда будет благом для тебя, когда ты не сам будешь брать, а другие будут давать их тебе.

Закон жизни не есть борьба, а, напротив, взаимное служение существ друг другу.

Чувство, разрешающее все противоречия жизни человеческой и дающее наибольшее благо человеку, знают все люди. Чувство это есть любовь.

Любовь есть единственная разумная деятельность человека.

Нельзя рассуждать о любви — всякое рассуждение о любви уничтожает любовь. Но дело в том, что не рассуждать о любви могут только те люди, которые уже употребили свой разум на понимание жизни и отреклись от блага личной жизни.

Любить вообще значит желать делать доброе.

Любви в будущем не бывает; любовь есть только деятельность в настоящем. Человек же, не проявляющий любви в настоящем, не имеет любви.

Главный признак любви — деятельность, имеющая и целью и последствием благо.

Любовь есть самое разумное, светлое и потому спокойное и радостное состояние, свойственное детям и разумным людям.

Отрекшийся от блага личности человек отдает себя, свое существование той любви, которая доступна ему и есть перед ним. Только такая любовь дает полное удовлетворение разумной природе человека.

Любовь истинная есть самая жизнь. Жив только тот, кто любит.

Жизнь сознаваемая разумным сознанием — невидимое, но несомненное подчинение в каждое мгновение настоящего своего животного закону разума, освобождающее свойственное человеку благоволение ко всем людям и вытекающую из него деятельность любви.

Страх смерти есть не страх смерти, а ложной жизни.

Ни мое тело, ни время его существования нисколько не определяют жизни моего я. Если я в каждую минуту жизни спрошу себя в своем сознании, что я такое? я отвечу: нечто думающее и чувствующее, т. е. относящееся к миру своим совершенно особенным образом. Только это я сознаю своим я, и больше ничего.

Мое особенное отношение к миру, составляющее именно меня, особенного меня, не есть произведение какой-либо внешней причины, а есть основная причина всех остальных явлений моей жизни.

Чтоб иметь жизнь человеку, надо брать ее всю, а не маленькую часть ее, проявляющуюся в пространстве и времени. Тому, кто возьмет всю жизнь, тому прибавится, а тому, кто возьмет часть ее, у того отнимается и то, что у него есть.

Жизнь — установление нового отношения к миру через большее и большее подчинение животной личности разуму, и проявление большей степени любви.

Единственное дело жизни — установление нового отношения к миру, увеличение любви.

Верить в будущую жизнь может только тот, кто сделал свою работу жизни, установил в этой жизни то новое отношение к миру, которое уже не умещается в нем.

Умирает человек только тогда, когда это необходимо для его блага, точно так же, как растет, мужает человек только тогда, когда ему это нужно для его блага.

Мы живы не потому, что бережем себя, а потому, что делаем дело жизни.

Разум ставит человека на тот единственный путь жизни, который, как конусообразный расширяющийся тунель, среди со всех сторон замыкающих его стен, открывает ему вдали несомненную неконечность жизни и ее блага.

Люди все в глубине души знают, что всякие страдания всегда нужны, необходимы для блага их жизни, и только потому продолжают жить, предвидя их или подвергаясь им.

Что свойственно делать человеку, как разумному существу: сознавать тот грех, который произвел страдание, каяться в нем и познавать истину.

Для разумного сознания причина страдания есть нарушение закона жизни разумного сознания.

Страдания вызывают ту самую деятельность, которая и составляет движение истинной жизни, — сознание греха, освобождение от заблуждений и подчинение закону разума.

Жизнь вполне разумная, вся деятельность которой проявляется только в любви, исключает возможность всякого страдания.

Деятельность, направленная на непосредственное любовное служение страдающим и на уничтожение общих причин страдания — заблуждений, и есть та единственная радостная работа, которая предстоит человеку и дает ему то неотъемлемое благо, в котором состоит его жизнь.

Волей-неволей человек должен признать, что жизнь его не ограничивается его личностью от рождения и до смерти и что цель, сознаваемая им, есть цель достижимая и что в стремлении к ней — в сознании большей и большей своей греховности и в большем и большем осуществлении всей истины в своей жизни и в жизни мира и состоит и состояло и всегда будет состоять дело его жизни, неотделимой от жизни всего мира.

Жизнь мы знаем вне себя потому только, что мы ее знаем в себе. Определяем мы жизнь вне себя только так, как мы ее знаем в себе. Знаем же мы жизнь в себе, как стремление к благу.

Значение жизни открыто в сознании человека, как стремление к благу. Уяснение этого блага, более и более точное определение его, составляет главную цель и работу жизни всего человечества.

Лев Толстой